rotmistr

         О Г Л А В Л Е Н И Е


 
Всё!!!   Самое!!!   Интересное!!!   Здесь!!!

        Форменные мундиры Российской Императорской армииКто из нас сейчас , не задумываясь, может назвать воинские звания Русской Императорской армии и армий Белого движения. Молодежь вообще назвать ничего не сможет, разве. что "Адмиралъ", вот так,именно с твердым знаком. Поколение постарше выдаст набор : поручик( у все на памяти "Белое солнце пустыни и его гламур с револьвером), штабс-капитан(тут вне всякого сомнения "Адьютант его превосходительства" штабс-капитан Кольцов), капитан(капитан Овечкин из контразведки "Неуловимые мстители"), ну и атаманы, вахмистры и есаулы из "Тихого Дона" и "Тени исчезают в полдень" и еще десятки и сотни фильмов и спектаклей, в которых мелькают офицерские погоны и звания, прошли и не остались в памяти. Большинство из нас свято уверенно, что погоны и звания в Красной Армии, введенные в 1943 году практическим полностью соответствуют форме и погонам царской армии, изменились только лишь некоторые названия, вместо скажем, подпоручик, стал зваться лейтенант. Попадающиеся то в одном, то в другом художественном, а иногда в документальном произведении, офицерские звания и их пояснения настолько разнятся, что не знаешь , что и думать. Например - есаул это кто, какому аналогу воинского звания соответствует. В конце концов, стало интересно, в чем сходство, а в чем различие. Приобщение к этой теме дало такой объем материала, что на первых порах показалось, что всей жизни не хватит, чтобы все это переварить и осознать.


  Казачество  Первые сведения о казаках появились в конце 13-начале 14 веков. Тогда тюркское слово «qazaq» переводилось как «странник», или «тюркский казак», то есть - один воин, а не народ. Первые казачьи общины появились 8 середине 15 века. Слово «казак» обозначало тогда еще образ жизни, а вовсе не сообщество людей. В середине 15 века польско-литовские монархи и московские князья поручили казакам охранять от татар степные границы, а после - заселять отвоеванные земли. Такие казачьи общины состояли в основном из русских и украинцев, вскоре к ним присоединились принявшие христианство татары , бывшее местное население захваченных земель, а также некоторые Северокавказские племена. К началу Первой Mировой войны существовало 11 казачьих армий. которые насчитывали 4 миллиона 500 тысяч человек. Эти войска били рассеяны между Черным морем и Тихим океаном, вдоль Южных границ Российской Империи. Из 11 казачьих общин только 4 (Донская, Терская Кубанская и Уральская) были сформированны как этно-культурные группы. Остальные были социальными, но все общины были закрытыми наследственными кастами. Чтобы считаться казаком, нужно было родиться в казацкой семье, а произвести в казаки могло лишь царское правительство. Сначала в этой войне казаки использовались как кавалерия, а потом были переведены в пехоту и служили в окопах.









   Форменные мундиры Красной Армии
  До 1943 года, во внешнем облике советского военнослужащего преобладал суровый аскетизм. Во всяком случае, по фильмам о гражданской войне, трудно было понять о том, существовала ли в Красной Армии вообще какая-либо система внешнего отличия скажем командира роты от командира взвода. Как вообще боец Красной армии, находясь, предположим в увольнении мог понять, что перед ним командир , а не курьер в кожанке на мотоцикле. Наверное, большинство людей, не сильно интересовалось подробностями, что обозначают кубари и шпалы на петлицах красных командиров в предвоенный и военный период. Не то, чтобы совсем не было интересно, а как-то в фильмах и книгах звучали привычные "лейтенант", "капитан" или "полковник". Конечно бывали ситуации, когда при чтении книги или повести на военную тематику сталкивался с фразами типа" судя по двум шпалам на петлицах это был майор...", из памяти мгновенно выскакивал привычный нам всем погон советского майора с одной звездочкой, но развитие сюжета отвлекала от вопроса, оставшегося в подсознании до лучших времен. Будем считать, что эти лучшие времена наступили.
  




 
Форменные мундиры Третьего рейха«Я шесть лет выковывал Вермахт», — сказал как-то Гитлер, имея в виду годы с 1933 по 1939, т. е. от момента своего прихода к верховной власти в Германии до начала им же мировой войны. Тем не менее, официально о создании новой армии он объявил лишь в марте 1935 года. Часто под словом «Вермахт» подразумевают только Сухопутные войска гитлеровской Германии, считая Люфтваффе и Кригсмарине самостоятельными частями ее вооружен­ных сил. Это в корне неверно. Вермахт (Wehrmacht, что означает «силы обороны») — это и есть вооруженные силы Германии 1935—1945 годов, состоявшие из Сухо­путных войск, Люфтваффе и Кригсмарине. Однако Вер­махтом не исчерпывались все вооруженные силы Рейха. К ним необходимо причислить очень многочисленную немецкую полицию, в состав которой впоследствии вхо­дили даже танковые полки. И, конечно же, войска СС.

 

Купить ссылку здесь
(Цена: 5 руб)


Поставить к себе на сайт
Яндекс.Метрика

Не зарегистрирован
[/П] [/P]





 



Реклама 


Армия Александра I «НА ФРАНЦУЗСКИЙ МАНЕР»





  Традиционно считается, что отправной точкой французского влияния на униформу русской армии стала встреча императоров Александра и Наполеона в Тильзите 25 июня 1807 г. На самом деле французские заимствования проникли в русскую армию годом ранее с началом организации батальона Императорской милиции, формально входив­шего в Земское ополчение, но по своей структуре, организации, обмундированию и снаряжению являвшегося полноценной регулярной частью, позднее поступившей в состав императорской гвардии.

  6 ноября 1806 г. был обнародован высо­чайший манифест о вступлении России в очередную кампанию против Франции в составе русско-прусской коалиции. 30 ноя­бря Александр I принимает решение созвать «Земское войско или внутреннюю временную милицию» для поддержания регулярной ар­мии. Император подаёт пример российскому дворянству и отдаёт распоряжение о созда­нии на собственные средства из крестьян вотчин, относящихся к императорской фа­милии, ополченческого батальона, который и был сформирован 12 декабря 1806 г. под на­званием «Батальон Императорской милиции» в составе одной гренадерской, трёх егерских рот и одной артиллерийской полуроты.

 18 февраля 1807 г. инспектор морских полков генерал-майор П.С. Ширков полу­чил благодарность от цесаревича Констан­тина Павловича за участие в формировании батальона и в частности за то, что «особенно в скором обмундировании Императорского батальона нижних чинов вами исполнено»'.

 Без сомнения, формирование и обмун­дирование батальона Императорской ми­лиции проходило под заметным влияни­ем прошедшей в 1805 г. кампании против французов. Чины батальона первыми среди частей гвардии и армии получили мундиры с лацканами. Кроме того, обшлажные кла­паны на них кроились по распространён­ному французскому фигурному образцу с тремя «мысками». Напротив, при выборе модели суконных панталон вернулись к бо­лее ранней отечественной традиции — потёмкинским шароварам с кожаными кра­гами на медных пуговицах. Именно этот вариант зимней одежды в декабре 1807 г. был утверждён для нижних чинов армей­ских пехотных полков2, а в 1808 г. и для полков гвардии. В снаряжении отказались от традиционных для русской армии пояс­ных портупей. Нижние чины получили не традиционные шпаги с тесачными клинка­ми, а полусабли с плоскими эфесами, близ­кие по форме к образцу, использовавшему­ся у французов. Были введены, опять же с оглядкой на французскую модель, плече­вые портупеи для ношения этих полусабель и штыков в ножнах. Вместо цилиндриче­ских ранцев на одном плечевом ремне ввели прямоугольные, с двумя плечевыми и одним поперечным ремнём. Без сомнения, именно ранцы батальона Императорской милиции послужили образцом при разработке новых ранцев для гвардейской и армейской пехо­ты3. Скатанная шинель крепилась на верх­ней крышке ранца с помощью двух ремней с железными пряжками. Вместо суконных шапок, показавших свою непрактичность в период боевых действий 1805 г., в батальо­не ввели кивера с кожаным дном и боковой обшивкой. Судя по рисункам, выполненным в тот период А.И. Орловским, кивера у ми­лиционеров также были позаимствованы у французов.

Впервые именно в этом батальоне гре­надерская рота начала разделяться на гренадерский и стрелковый взводы. Деление гренадерских рот по такому принципу в ос­тальных полках гвардии и армии произошло только в октябре 1810 г. Офицеры баталь­она получили эполеты, сходные по форме с французскими аналогами того периода. Именно такой тип эполет послужил основой при разработке офицерских эполет, введён­ных в пешей гвардии высочайшим указом от 9 сентября 1807 г.4

В кампанию 1807 г. батальон отличился при Гутштадте, Гейльсберге и Фридланде5. Доблесть, проявленная чинами батальона, стала одной из причин принятия решения

о причислении батальона Императорской милиции к гвардии. Окончательно статус гвардейской части за батальоном закрепился после обнародова­ния высочайшего указа от 22 января 1808 г.: «Причислить его (батальон. — О.Л.) к кор­пусу войск Лейб Гвардии»6. При этом отдель­ным 4-м пунктом в указе особо отмечалось, что: «Мундир, амуницию, оружие, обоз и про­чее: оставить теперешнего вида, но в сроках одинаково с пехотными полками Лейб Гвар­дии»7. Артиллерийскую команду причислили к Лейб-гвардии Артиллерийскому батальону сверх штата, и формально она считалась временно откомандированной из батальона.

 После пожалования батальону привиле­гий императорской гвардии стартовала чере­да изменений в его внешнем облике. 15 марта 1808 г. в комиссариатскую экс­педицию приходит повеление «иметь Лейб- гвардии батальону Милиции шинели вместо тёмно-зелёных серого сукна»г. Ранее, 20 февраля 1808 г., комиссариат по­лучил приказ от Военного министра о заго­товлении по новым срокам шинелей для гвар­дейских частей. В перечне стояли и 340 ши­нелей для гвардейского батальона Милиции. Предписывалось «оные шинели сшить и дабы были совсем готовы к 1-му апреля, пуговицы и холст присланы будут вместе, на нитки отпущены будут деньги»9. Судя по докумен­ту, можно предположить, что в шинели ново­го образца переодели только треть батальона. Остальные чины донашивали тёмно-зелёные шинели до окончания положенного срока (январь 1810 г.), что было обычной практи­кой в гвардейских полках на тот период.

 8 апреля 1808 г. выходит указ о переиме­новании «батальона Лейб-гвардии Милиции» или «Лейб-гвардии Императорского баталь­она Милиции» в «батальон Финляндской Гвардии» или «Лейб-гвардии Финляндский батальон»'0.

18 апреля 1808 г. императорским указом «в батальоне Финляндской Гвардии повелено

быть как у офицеров, так и у нижних чинов гербам на киверах и петлицам на мундирах по образцу прочих Гвардейских полков»". Позднее данный указ, опубликованный в книге штатов ПСЗ12, составители «Истори­ческого описания...» ошибочно отнесли ко всем пехотным полкам гвардии и стали счи­тать 18 апреля 1808 г. датой введения киверов во всей гвардейской пехоте. В действитель­ности гвардейская пехота получила кивера в самом начале 1808 г. Одновременно в гвар­дии ввели султаны широкой пирамидальной формы по образцу батальона Императорской милиции. В частности, 28 февраля 1808 г. ко­мандир Лейб-гвардии Семёновского полка

приказал «в ротах старой формы кивера (имелись в виду суконные шапки. — О.Л.) и султаны сдать в полковой цейхгауз»13. Чуть раньше, 16 февраля, «Государь Импе­ратор Высочайше повелеть соизволил дабы у всех нижних чинов пехотных полков сукон­ные наушники находились всегда в киверах (в суконных шапках наушники были пришиты изначально. — О.Л.) и были к оным пришиты и подложены холстом, дабы возможно было оные подвязывать во всякое время года в слу­чае дурной погоды, что и наблюдать шефам полков осматривая по части кивера»".

Сохранилось несколько гвардейских ки­веров обр. 1808 г., выделяющихся особенной

деталью — вогнутыми боковыми стенками, вшитыми кожаными назатыльниками и су­конными наушниками15. Батальон гвардей­ской милиции весь 1808 год продолжал но­сить старые «ополченческие» кивера с ров­ными стенками.

22 мая 1808 г. комиссариатская экспе­диция получила сообщение, что импера­тор в устной форме пожелал, чтобы «у всех строевых и нестроевых в батальоне чинов на кафтанах и сертуках вместо бывших тёмно-зелёных погонов иметь алые, во ис­полнение которого Высочайшего повеления означенные погоны батальоном немедленно и построены»16.

30 сентября 1808 г. цесаревич Констан­тин Павлович в письме к Военному минист­ру особо подчеркивал: «Как Император­ский батальон милиции должен состоять по Высочайшему повелению на Гвардейском положении, то и благоволите ваше пре­восходительство приказать сроки всем мундирным и амуничным вещам считать сходно со сроками для сих полков положен­ными»'7. 5 октября 1808 г. утвердили новые сроки по мундирному довольствию им­ператорского батальона. С января 1809 г. мундирные вещи (кафтаны, зимние и лет­ние панталоны) отныне полагалось строить каждый год.

  В течение всего 1808 года батальон сохра­нял прежние милиционные образцы обмундирования и амуниции, но с добавлением гвардейских различий (гербы на киверах и петлицы из гвардейского басона). В ноябре 1808 г. финляндцы получили дополнительно на 138 человек: патронные сумы с чёрными перевязями, чёрные портупеи, чёрные ко­жаные ранцы с плечевыми ремнями, парные ремни для увязки шинелей на ранцах и желез­ные пряжки к ним. Также на 669 человек были приняты «ремешки к наушникам кои у киве­ров»1'. Тогда же, в ноябре, батальон требовал от комиссариата недостающее: алое и чёрное сукно, 313 пар кожаных краг «с ремнями

под каблук», штыковые ножны, тесаки, манерки и 138 пар «рукавиц замшевых с варигами»19. При этом взамен 50 недостающих тесаков ба­тальон просил «для единообразия отпустить сабли, точно таковые, каковые отпускались прежде в оной батальон». Комиссариат пошёл навстречу требованиям батальона и выделил требуемое количество сабель, а на рукавицы с «варигами» отпустил деньги.

Судя по перечню полученной в 1808 г. амуниции, в батальоне продолжали носить шинели, скатанные в трубки поверх ранцев, и это несмотря на то, что 8 октября 1808 г. все пехотные части гвардии получили новый регламентный документ: «Описание каким образом солдату одеваться в походе»20. По новым правилам шинели полагалось скаты­вать в длинное кольцо, стягивая на концах ремнём на железной пряжке, и носить через левое плечо под плечевыми ранцевыми рем­нями. Кроме того, финляндцы продолжали выделяться поперечным ремнём с пряжкой на ранцевой портупее. Остальным полкам гвардии и армии поперечные ремни для ран­цев утвердили только в начале апреля 1809 г.21 В конце декабря 1808 г. в батальон отпу­стили сумму на пошив 900 новых киверов (по гвардейскому образцу взамен прежних мили­ционных киверов) из расчёта 3 руб. 40 коп за штуку22. В январе 1809 г. после утверждения

мундирной табели Финляндского батальона стоимость материалов, отпускаемых для из­готовления одного гвардейского кивера, рез­ко сократили до 2 руб. 391А коп. (включая стоимость этишкета и репейка)23. В последу­ющие годы перечень и количество расходных материалов, требуемых на изготовление од­ного кивера для других гвардейских частей, точно повторяли данные финляндской табе­ли и сохранялись без изменений до 1814 г.24

29 декабря 1808 г. для офицеров батальо­на доставили нагрудные знаки по образцу Лейб-гвардии Измайловского полка. При введении в 1808 г. новых гвардейских офи­церских нагрудных знаков сохранили тради­цию: обер-офицеры преображенцев и семё- новцев продолжили носить на своих знаках цифры и литеры, обозначающие дату Нарвского сражения 1700 г., расположенные ниже государственного герба и воинской армату­ры. Штаб-офицерам и всем измайловцам по­лагались знаки без даты.

После череды хоть и мелких, но разно­образных изменений в мундирном доволь­ствии батальона встал вопрос о разработ­ке штатов и мундирных табелей для новой гвардейской части. С ноября 1808-го по на­чало января 1809 г. при непосредственном участии Военного министра А.А. Аракчеева и цесаревича Константина Павловича проходила разработка упомянутых документов. При составлении норм вещевого доволь­ствия, судя по сохранившейся переписке, в комиссариате отталкивались от существо­вавшего на тот момент положения для Лейб- гвардии Егерского батальона. В частности, количество пуговиц на шинели планирова­лось отпускать «как в Лейб-гвардии Егерском [полку]»25. Предложение по замене имевших­ся в батальоне ранцев не прошло. На вопрос «Ранцы положены прежнего положения, то следует ли их так оставить, или положить телячьи?» Аракчеев определил, что «должны быть чёрные»26. Финляндцы стали отличать­ся от остальной гвардейской пехоты

количеством фурнитуры на ранцах. В работе ко­миссии отмечалось о количестве полагаемых железных ранцевых пряжек: «У гвардейских к ранцам положено прежде по 5-ти, а по но­нешнему положению по 3, в сем же штате по­ложено по 6-ти»2-7. В утверждённых табелях сохранили норму в шесть железных пряжек: три на крышке ранца, одна на плечевом по­перечном ремне и две на спинке ранца для пристёгивания концов плечевых ремней. В трёх полках гвардейской тяжёлой пехо­ты ранцевые пряжки распределялись сле­дующим образом: три железные на крышке ранца и с апреля 1809 г. дополнительно од­на медная на поперечном плечевом ремне28.

  В армейских полках тяжёлой и лёгкой пехо­ты с января 1810 г. для поперечного плечево­го ремня отпускались через комиссариатские депо железные пряжки. То, что в армейских пехотных полках в отличие от гвардии на по­перечном ранцевом ремне положено было носить железную пряжку, ещё раз подтвер­дили в 1817 г. при разработке новых мундир­ных регламентов29.

 Первоначальное устное пожелание импе­ратора о введении в батальоне красных погон отразилось сначала в проекте табели, а затем и в её окончательно утверждённом вариан­те. Унтер-офицерские галуны первоначально предполагалось отпускать «по цене Гвардей­ской» по 1 руб. 22 коп. «натурою». По ут­верждённой табели стали отпускать гвардей­ский широкий шерстяной басон для петлиц на воротники и рукавные клапаны из расчёта 1 аршин на человека (71,12 см) — по 20 коп. за аршин. Нормы отпуска сукна на зимние панталоны сохранились прежние: 1 аршин 5 вершков (0,93 м) на человека.

  21 января 1809 г. был высочайше утверж­дён окончательный вариант мундирной табели Лейб-гвардии Финляндского батальона30. Несмотря на тщательную проработку рас­ходных статей в мундирной табели, не уда­лось избежать ошибок и противоречий в уже утверждённом документе. Сукно на кафтаны планировалось от­пускать по нормам Лейб-гвардии Егерского полка. При этом составители умудрились позабыть расход сукна на лацканы. Норма расхода алого сукна также определялась без учёта выпушки по краям лацканов. Из ме­таллической фурнитуры на кафтан по табели полагалось отпускать только 24 медные пуго­вицы, хотя при существовавшем фасоне на один кафтан требовался комплект из 26 пу­говиц и 17 пар крючков с петлями.

Нормы отпуска гвардейского басона на обшивку кафтанов у барабанщиков и флей­тистов были следующие: 19 аршин у баталь­онного барабанщика (унтер-офицерского звания) и 15 аршин у всех остальных. По­рядок расшивки кафтанов барабанщиков и флейтистов табелью не определялся. Ва­риант расшивки кафтана батальонного ба­рабанщика, вероятнее всего, совпадал с рас­шивкой трубачей в Лейб-гвардии Уланском полку. В табели гвардейских улан чётко прописывался порядок расшивки кафтана с лацканами 19 аршинами гвардейского ба­сона: «по двум боковым швам спинки, вдоль и поперёк рукавов, по полам, по фалдам, по воротнику и по плечам раковин»11. Ротные барабанщики и флейтисты у финляндцев отличались, скорее всего, отсутствием расшивки на спине, полах и отворотах фалд.

Для барабанщиков Финляндского бата­льона впервые в гвардейской пехоте утвер­дили для перевязей «медные бляхи по образ­цу» с гнёздами для крепления барабанных палок. Скорее всего, именно после фин­ляндцев медные бляхи на барабанных пере­вязях появляются во всей гвардейской пехо­те. Причем к концу 1811 г. в тяжёлой пехоте носили бляху в сочетании с тремя медными одноогневыми гренадами, а в лёгкой пехо­те — только бляху32.

Высочайшим указом от 16 декабря 1809 г. в гвардейской пехоте на подбородные ремни была пожалована медная чешуя33. Финляндцы получили чешую только в конце 1811 г. при переформировании батальона в полк.

  Кожаные краги на суконных панталонах в действительности отличались от табельно­го образца. По табели на краги полагалось отпускать деньги из расчёта по 80 коп. за па­ру, тогда как ранее, еще 8 ноября 1808 г., на будущий, 1809 год, деньги на изготовление краг на Лейб-гвардии Семёновский и Егер­ский полки и Финляндский батальон плани­ровались из расчёта 1 руб. 30 коп. за пару34. Значит, кожаные заготовки были больше та­бельного размера и сами краги при изготов­лении выходили выше утвержденных, что подтверждается рядом указов, вышедших в 1809 г. независимо от табели финляндцев.

10 октября 1808 г. утвердили образцы краг к зимним панталонам для гвардейских пол­ков двух размеров «на большой и мень­шой рост»35. 31 мая 1809 г. высоту кожа­ных краг на зимних панталонах увели­чили. При этом «угодно было Государю Императору утвер-дить вновь образец таковых кож на большой рост и чтобы прежний тот, который полагался для се­го роста, был уже на рост меньшой»36.

31 августа 1809 г. император решил ввес­ти новые образцы высоких краг четырёх ростов (вместо прежних двух) только для Лейб-гвардии Преображенского, Семёнов­ского и Измайловского полков37. При этом было велено «прежние образцы оставить в их силе для Гвардейского Егерского полка, батальонов Артиллерийского, Финляндского и Гарнизонного, отпускать в оные пополам против каждого образца»3*.

 Финляндцам в табели сохранили высо­кие лакированные сапоги ценой по 2 руб. за пару, и это притом, что, согласно приказу Во­енного министра, с 1809 г. всем частям гвар­дейской пехоты определялось отпускать по две пары «мягких сапог» (по 1 руб. 30 коп. за пару) новой модели39. Сапоги «лакированные круглоносые» це­ной по 2 руб. за пару также сохранили в мун­дирной табели Лейб-гвардии Гарнизонного батальона, утверждённой 1 сентября 1809 г.

 13 октября 1809 г. для Лейб-гвардии Егер­ского полка и Финляндского батальона утвердили рисунки и размеры литер на крыш­ки патронных сумок: «Г.Е.» и «Ф.Г.»40 8 фев­раля 1811 г. изготовление литер для гвардей­ских егерей заказали в Санкт-Петербурге в Арсенале артиллерийской экспедиции41. Возможно, там же изготовили и буквы для финляндцев.

В начале 1810 г. во всех гвардейских час­тях, где полагалось ношение султанов, изменили их форму. Широкие волосяные пи­рамидальные султаны заменили узкими ко­нусовидными из того же материала. Годом позже султаны нового гвардейского образца ввели в армии.

11 октября 1811 г. выходит высочайший указ о развертывании Лейб-гвардии Финляндского батальона в полк трёхбатальонного состава42. Распоряжение о снабжении ружья­ми и тесаками четырёх новых гвардейских батальонов (двух Лейб-гвардии Литовского полка и двух Лейб-гвардии Финляндского полка) комиссариатская экспедиция получи­ла 31 октября 1811 г. Оружие предполагалось доставить из Санкт-Петербургского арсенала. Причём если следовать статистике то, кроме ружей на всех строевых чинов двух новых ба­тальонов Финляндского полка отпускались пехотные тесаки43. Получалось, что один старый батальон полка полностью был снабжен саблями, а на два новых отпустили пехотные тесаки. Такая картина противоречила при­нятым на тот период положениям, по кото­рым егерские роты полков лёгкой пехоты не имели клинкового холодного оружия за ис­ключением унтер-офицеров и музыкантов. Возможно, возникшее противоречие бы­ло исправлено после высочайшего указа от 11 ноября 1811 г., по которому новый полк стал официально считаться «в числе лёгкой пехоты»44.

 По ведомости от 13 ноября 1811 г. фин­ляндцам по новым штатам дополнительно требовалась следующая фурнитура и аму­ниция: 2233 пары киверной чешуи (на все три батальона); 1210 медных портупейных пряжек; 1307 фляг с ремнями и железны­ми пряжками; 2310 железных пряжек к па­тронным сумам (по 2 на сумку); 1294 ран­ца с ремнями; к ранцам пряжек железных 7764 (из расчета 6 пряжек на ранец); 1307 «плащевых» ремней с железными пряжками и 1257 киверных гербов (на два батальона)45.

 В августе 1811 г. в гвардии изменили об­разец шерстяного басона на воротниках и рукавных клапанах. Теперь он отпускал­ся двух видов: широкий — на продоль­ные петлицы воротника и рукавных кла­панов (1 аршин 4 вершка — 88,9 см) и уз­кий — на поперечные выкладки на тех же петлицах (те же 1 аршин 4 вершка). До­полнительно басонные петли обшивались по периметру жёлтым шерстяным шнур­ком (1 аршин 12 вершков — 1,245 м)46.

Ни форма самого кафтана, ни воротник в конце 1811 - начале 1812 г. не претерпели изменений. Утверждение «Исторического описания...» о введении в гвардии и армии в январе 1812 г. мундиров с глухими ворот­никами, застёгивавшимися на крючки, — досадная ошибка, основанная на неверной трактовке документальных и иконографи­ческих источников. Глухие воротники, как модное течение, но не как установленный элемент униформы, появляются у гвардей­ских офицеров весной 1814 г., а у рядовых официально только в 1815 г. Основываясь на сохранившихся портретах офицеров Лейб-гвардии Финляндского полка периода 1814- 1815 гг., можно предположить, что с введе­нием новых мундирных петлиц изменился только крой рукавных клапанов: вместо фи­гурных их стали делать прямоугольными.

В 1813 г. российские войска, включая гвардию, столкнулись с почти катастрофи­ческими проблемами в снабжении обмун­дированием. Чтобы восполнить острейший дефицит в мундирах, в ход пошли трофей­ные французские запасы. После неудачной летней кампании 1813 г. финляндцы, по сло­вам нижнего чина полка Назарова, после за­хвата французского обоза получили штибле­ты и башмаки47. Согласно полковой истории, Лейб-гвардии Финляндский полк предпола­гал изготовить для зимы 1813-1814 гг. сукон­ные штаны и штиблеты из-за неудобства та­бельных штанов с кожаными крагами48.

Ношение в 1814 г. суконных штиблет и башмаков к ним двумя полками гвардии (Финляндским и Литовским) подтверж­дается официальными документами. При организации снабжения батальонов Лейб- гвардии Литовского и Финляндского полков, выделенных в состав отдельного гвардейско­го отряда в Варшаве, управляющий Военным министерством князь А.И. Горчаков в пись­ме от 16 июля 1814 г. указывал: «Кож к пан­талонам в оба баталиона не отпускать, но вместо их отпускать натурою или деньга­ми как баталионы пожелают и как за лучшее признано будет черное сукно и приклад на штиблеты в потребном количестве, потому что оба сии баталиона имеют башмаки»49.

4 сентября 1814 г., после возвращения 2-й гвардейской дивизии в Санкт-Петербург, было принято решение о том, чтобы в Лейб- гвардии Финляндском полку портупеи и пе­ревязи изготавливать по образцу гвардей­ских егерей50. В чём заключались различия в конструкции амуниции в двух полках гвар­дейской пехоты на тот момент, определённо сказать невозможно.

 Амуницию б Финляндском полку стали лакировать только после указа от 10 октября 1814 г.50 У гвардейских егерей чёрная амуни­ция лакировалась с конца 1804 г.51 Тогда же, в октябре 1814 г., для всех пехотных полков гвардии и для гренадерского корпуса ввели новый образец кивера с развалом.

13 ноября 1814 г. император повелел, чтобы во всей гвардейской пехоте эфесы на тесаках были из красной меди и нового еди­ного образца53.

Изменения конца 1814 г. стали началом очередной, уже послевоенной, мундирной реформы, завершившейся в 1817-1818 гг.

 

 

 






Источник: 


rotmistr Все права защищены.
Публицистика | Военная форма | военные мемуары | Люди, События, Факты | Тактика и стратегия | Форум  | Гостевая книга | Карта моего сайта
ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS